Хроника странного перелета

Часть 1

Предыстория

С чего все началось, я успел позабыть. Подозреваю, это все ловко затеял Олег Сторожихин, (кстати — сотрудник МЗЦ ОРВД). Нечто похожее он уже затевал несколько лет назад… Чего так Сторожихин неровно дышит к тверской губернии, у меня есть, конечно, определенные соображения, но они темны и здесь им не место, тем более что перелет приурочен к такой святой дате.

«Подготовка» к перелету началась заблаговременно, эдак месяца за два. Проходила она шумно, весело, подпрыгивая, поэтому кавычки здесь не случайны. Началась она с составления очень смелой сметы. Позже смета вообще потеряла стыд…

Почти ежедневно Сторожихин в манере диктора Левитана извещал меня об очередных сокрушительных успехах в деле организации перелета, зачитывал в телефонную трубку барские резолюции на челобитных. Могло показаться, что губернаторы Московской, Тверской области и мэр Москвы лично понесут нас на руках по всему маршруту…

Ближе к маю обстановка накалилась. Случилась совсем беда — возник штаб перелета. Сторожихин и В.И. Лопатин настаивали на моем присутствии на заседаниях. На первое заседание я исхитрился не явиться, но на второе был практически конвоирован лично Василием Ивановичем. Лопатин (не первый год другу друга знаем…) не без оснований полагал, что и на второй шабаш добровольно я не явлюсь.

Благородное собрание во главе с генералом заседало в Доме ветеранов боевых действий на проспекте Мира. Кого только туда не надуло! Пресса, помощник депутата, представитель ФСБ, вице президент какой-то авиакомпании…

Вдохновенное вступительное слово ни о чем произнес Сторожихин. Потом заседание налегло на меня с вопросами:
— Как идет подготовка? Что сделано?
Ну, я не первый раз в цирк пришел, поэтому бодро отбрехался в стиле монолога Жванецкого о собрании на ликеро-водочном заводе. Но встрял бдительный феэсбешник:
— А как вы подтвердите готовность экипажей к полету?
— А кто удостоверит готовность техники?
Феэсбешник упорно нащупывал слабое место в моей обороне. И, змея подколодная, все-таки укусил меня подлым вопросом:
— А кто и как будет осуществлять медицинский контроль на маршруте?
Мне враз все надоело, и я ляпнул:
— Как всегда осуществляли, так и будем осуществлять — сами
Бояре досадливо закачали головами и загомонили:
— Ай-ай-ай! Не годно так, лекарь нужон спесьяльный
— Да-да, и с передвижной каморой лекарской!
Бездельник-феэсбешник засиял. Но рано он радовался – бояре наскоро сообразили, что и лекарь спесьяльный и передвижная лекарская камора  – это им же головная боль и убыток, а поэтому удивительно дружно вопрос замяли.
Далее отзвучали стандартные реляции о готовности прессы ярко освещать событие, представитель авиакомпании «Полет» побожился выложить сто тыщ наличными на экспедицию и т.д.

В апофеозе, где-то в горных высях величественно прогрохотало:
— Двести тысяч от «Единой России»…, двести тысяч от «Единой России», двести тыся……

На этой высокой ноте заседание завершилось. Дежавю какое-то! Как программу «Время» просмотрел… На все последующие заседания даже сам Лопатин не сумел меня заарканить.
Но упорный Сторожихин продолжал бомбить меня добрыми вестями, поэтому следовало готовиться к худшему… И худшее случилось.

14 мая 2010 г. Площадка «Парус» на Озерне. Вечер. В неполном составе завершаем тренировочные полеты. У меня звонит мобильник:
— Сторожихин на связи… Ребята! Вылетать надо завтра утром.
— На 16-е же планировали! У нас команда еще не в сборе!
— Ну, так вышло…Ребята, ну очень надо…

Памятуя предыдущую подобную экспедицию, я зарекся отрывать зад от земли не получив прежде  хоть какие деньги, хотя бы на ГСМ… Плавали… И потому был категоричен. Сторожихин прикатил под ночь. Получив от него семь тысяч рублей, отправились заполнять канистры на ближайшую АЗС.

Сборы к отлету заканчивали в полнейшей темноте. Пятый член нашей команды – Сергей Исаков испытал легкий шок от столь легкомысленной подвижки планов, но обещал поднапрячься и присоединиться к нам в воздухе, в районе Тростенского озера.

Начало перелета

15 мая2010 г6 час 00 мин Сумрачно и ветрено. Прогреваем моторы и ожидаем, пока Женя Табакеев найдет свой GPS. Наконец он находит его в траве возле аппарата.

Взлетаем. В наборе разворачиваемся по фронту, чтобы постоянно видеть друг друга. Набираем 500 м. На крейсерском режиме (4900 об/мин) мой двигатель начал подергиваться. Ну, спасибо Ново-Волковскому АЗС №71 за бензинчик! То-то он так вонял ацетоном…
На траверзе Тростенского озера подстраивается Исаков на своем белом «Аэросе». Все в сборе. Следуем на Клин.

Отступление

Планом полета нам предписано придерживаться МВЛ. Мы же летим вдоль шоссе по прямой на Клин. Если лететь «по закону», то, конечно, теоретически, мы попадем в Клин. Но практически это маловероятно, учитывая нашу скорость и запас топлива. Весь же маршрут, следуя по МВЛ, мы одолеем, может быть, ко второму покосу. Но отмеченную на УКЛ запретку аккуратно обходим.

Где-то на полпути под нами низко, в направлении Истринского водохранилища, прошмыгнул трайк с белым крылом. Жизнь, однако, продолжается…

ВПП аэродрома высветилось через дымку за много километров. Только потом открылся сам город. По стеклу шлема скатывались капли не то мелкого дождя, не то просто перенасыщенного тумана.

7 час 15 минут приземляемся на край аэродромной бетонки. Долго рулим в противоположный конец, к линейке вертолетов. На заброшенных площадках замерли списанные, поблекшие ИЛ-76 и Ту-134. Опустив крылья, старые самолеты угрюмо отворотились носами к лесу, наверное, чтобы не видеть взлетную полосу, на которую им больше никогда не дадут вырулить…Грустная картина!

Пребывание на военном аэродроме в Клину и то, как встретили и проводили нас военные вертолетчики, мы запомним надолго. Ученые утверждают, что перемещение во времени невозможно. Врут! Мы несколько часов провели в том славном, уже утраченном прошлом, среди замечательных людей из прошлого, Военные вертолетчики, боевые работяги, настоящие русские люди — те самые, на которых держалась и держится держава.

Изношенная техника, вечный бытовой неустрой, безденежье, а у них загораются глаза, когда разговор о полетах. Господи, это в наше-то время! В каком же неоплатном долгу перед ними страна, а точнее – наша власть. Эта, как ее …демократическая…

Командир части нянчился с нами, как с детьми — провел по части, сводил в столовую, рассказал об истории полка… А когда мы изъявили желание улететь пораньше (торжественные мероприятия в городе благополучно прошли без нашего участия!), сделал все, чтобы помочь нам.


15.05.10 г. 12ч 10 мин. Прибытие на Волжанку.
Андрей Бабкин и Сергей Исаков у «Аэроса»

Утренняя погода к удивлению оказалась благосклонна к нам, но надолго ли? Не случится ли так, что просидим день на аэродроме, а к вечеру не сможем вылететь? По плану перелета вылет на Волжанку предполагался в 16 час по Москве. Казалось бы, что сложного изменить время вылета? Ха! Дежурной смене КДП полка потребовались немалые усилия, чтобы ржавый механизм ОРВД. со скрипом прокрутился и из его нутра, словно из висельной петли сдавленно прохрипело — «разрешаем». Ну зачем так выпендриваться? У нас что, воздушное пространство перенасыщено, как над каким-нибудь Сиэтлом?
…«Модернизация, «иновании»…Фарс… Театр…

В самый момент перед вылетом командир полка почти насильно всунул нам пакет…с пятью бутылками клинской водки. Совершенно растерявшись от такого подарка, мы задали ему  воистину дурацкий вопрос:
— А почему пять?
— Так вас же пять летит!
…Железная логика. А офицеры-вертолетчики еще «зарядили» в нашу машину наземного сопровождения целую упаковку клинского пива. На добрый путь!

Как обидно, у всех были фотоаппараты, но ни одного снимка никто не сделал…Как отсекло! Осталось  только доброе воспоминание о замечательных ребятах, наших собратьях по небу — боевых вертолетчиках. В 11 час 30 мин вылетаем на Волжанку.

15 мая 2010 г 12ч 30мин

Первая часть полета параллельно Ленинградского шоссе не Бог весть, как сложна и я удовлетворяю, наконец, любопытство –  как  Табакееву на «Поиске» с крылом «Небо-18» удается не отставать? Мой «Атом» забалансирован на 82 км/ачс. «Атом» Цветкова – тоже; «Марлин» А. Бабкина – 83-84 км/час; «Профи» С. Исакова – черт знает – у него триммер…И, конечно, мы летим легкой змейкой, чтобы выровнять путевую скорость, но все-таки интересно, не поджимает ли Женя ручку?
Нет, не поджимает. Шпарит на 78 км/час и  ручка свободна! Ну почти… На подлете к Волге поправляю планшет с картой – впервые в полете! Аэродром Волжанка с грунтовой (замаскированной!) полосой прячется где-то в однообразных изгибах реки. Не прозевать бы.


Какая чудная картина — Женя Табакеев
с Лилией – хозяйкой Волжанки

Гостепримный хозяин аэродрома Игорь Иващенко встретил нас столь же тепло, как и военные, даже дружественно, без какой-либо «рассовой дискриминации», замечаемой частенько со стороны представителей «большой авиации».

Он детально ознакомил нас со своим авиакомплексом (другого определения Волжанки я подобрать не могу). Волжанка – новое явление в мире малой авиации – не то транзитный аэродром, .не то — база отдыха. Все «по-буржуйски» аккуратно и толково. Что ж, может когда их и догоним… Пожалуй, не за горами время, когда «рублево-успенская элита» заскрипит зубами от зависти к подобному продвинутому образу жизни.
Далее мы были переданы на руки хозяйке аэродрома, Лилии. Лилия – это женское лицо Волжанки – олицетворение уюта, заботы и еще многих-многих деталей, посильных только женскому пригляду.

Наконец состоялась встреча воздушного и наземного эшелонов нашей экспедиции. Прибыли: О. Сторожихин, помощник депутата от «ЕР» А. Соколов, генерал-полковник Н.И. Москвителев и… другие сопровождающие лица. Лица оказались уже заметно «подогреты» и тем подпортили первое впечатление…По-началу я и к генералу отнесся соответственно (о, скольких повидал!.) Поэтому когда Сторожихин вслух и громко предложил генералу завтра вылететь со мной на Тверь, я ухом не повел — какой там вылет на Тверь – сейчас они закатят банкет, а к утру забудут зачем приехали… Не впервой такое…


«Перрон» Волжанки

Но вышло иначе. Генерал по-доброму разговорился с нами. С первых же фраз стало понятно, что Н.И. Москвителев – личность незаурядная. Настоящий летчик – 37 освоенных типов. Генерал держался для своих лет замечательно, и, главное, генеральские звезды не сгубили его человеческих качеств. Разговор получился ненатянутый и интересный, хотя недолгий — свита потащила генерала куда-то вглубь «инфрастуктуры Волжанки».

Как хорошо, что мы улетели из Клина в первой половине дня. Аккурат к 16-ти часам со стороны Клина небо почернело и послышались раскаты грома…

Ночь мы провели в шикарных апартаментах, достойных новых русских. Настолько шикарных, что даже имея инженерное образование, я не справился с «джойстиком» управления душем. Справиться с душем смог только Володя Гнетов – большой мастак по всяким техническим заморочкам…

16 мая 7 час 15 мин.

Волжанку накрыл туман. Ждем. Перезваниваемся со Змеево.У них погода еще хуже – контрольный ориентир (стометровая труба рядом с аэродромом) совсем не видна.

А генерал все же летит со мной. На летное поле он пришел со своим «ЗШ-5»! Сергею Цветкову досталось вести фотографа. Двигатели прогреты. Ждем. Женя Табакеев опять ищет GPS. Наконец находит его в недрах многочисленных навесных сумок своего трайка.
8 час 15 мин. Напряжение нарастает. В Змеево начинается мероприятие, а нас нет. Ощущаю, как приводится в действие «организационный пресс».Но «наш человек» в Змеево — Андрей Маряшин – на связи каждые десять минут и придерживает нас .Наконец Маряшин дает добро — труба полностью открылась.

Выруливаем и взлетаем. В наборе разворачиваемся и проходим, прощаясь с гостеприимной Волжаной и ее хозяевами. На ста метрах набор пришлось прекратить – уперлись в нижний край облачности. Ну дела! Внизу сплошной лес, болота и ни единой пригодной полянки. Горизонтальная видимость не более 500 метров. Ориентироваться можно только по GPS.


А.К. Соколов – помошник депутата ЕР
и генерал-полковник Н.И.Москвителев.
Волжанка 15.05.10 г. 13час40 мин

У А. Бабкина и С. Цветкова . GPS нет, поэтому мы держимся максимально плотно. Тем не менее, периодически я встаю в спираль, обозначая место сбора. Генерал  понимает цель таких маневров и помогает мне сосчитывать «борта». Так и летим24 кмв узкий затвор между макушками деревьев и нижним краем.

Сколь унизительна зависимость от GPS! Молодое поколение летунов этого не понимает — оно выросло среди дисплеев и клавиатур. Я же буквально горю от стыда. Я чувствую, как незримо, крыло-в-крыло со мной летят ушедшие в историю пионеры авиации, они презрительно поглядывают на недостойного потомка из-под матерчатых крыльев своих «блерио» и «фарманах»! Какой позор…
Бесовский прибор выводил меня на аэродром не точно. Я уже зацепился за крестики самолетов на поле и вышку КДП, а стрелка все косит куда-то влево. Может координаты КТА я не правильно завел, может, сами координаты неточны. На земле надо разобраться.
А вот «колдун» честен и точен. Строю заход против ветра.
Поочередно приземляемся. Заруливаем.

Праздничное мероприятие в разгаре. Но, как я скоро понял, наши трайки с цветастыми крыльями здесь не более чем антураж и нам надо лишь тихонько отторчать тута рядочком до завершения праздника. Вдруг, как гром среди ясного неба — наше руководство, разгоряченное успехом, удумало разделить авиагруппу и разослать ее по частям в Торжок и Ржев, чтоб расширить фронт торжественных мероприятий.


16.05.10 г. 7час. Перед вылетом с Волжанки на Тверь
(наш фотограф, С. Цветков, А.Кареткин,
генерал Н. Москвителев, Е. Табакеев)

Мы отчаянно засопротивлялись всякому разделению. В критический момент нас поддержал генерал Москвителев. Угроза разделения группы миновала. Но возникли другие проблемы. Во-первых, необходимо пополнить запасы фуража и продовольствия, так как деньги заканчивались. Во-вторых, буквально на глазах стала портиться погода – вокруг Твери начали активно формироваться грозы. В-третьих, вдруг возникла полная неясность – куда дальше летим? Ржев по причине выходных не откликался (вот они – планы!), да и в Торжке нашему прибытию некому было радоваться…

Я бросился на поиски Сторожихина – выбивать деньги на наше дальнейшее неясное существование. Сторожихин за версту чуя неладное, в руки не давался, но все же был отловлен и принужден расстаться с десятью тысячами. Отдавая деньги, он едва не плакал. На мой наивно-провокационный вопрос – а чего, собственно, за печаль, если наша мошна полна спонсорских гривен, одна «Единая Россия» двести тысяч скинула, да авиакомпания «Полет» — сто? – Сторожихин проныл, что никаких таких денег никто не выделял, а дали только на значки и атрибутику. Получалось, что летим мы на его собственные деньги, от семьи отнятые.
Такой печальный финансовый расклад меня совершенно не удивил и не разжалобил.
Опять дежавю, как в предыдущем перелете…

Вечером становище нашего руководства снялось и двинуло на Волоколамск. Вместе с ним сгинул и Сторожихин. Навсегда… Чтоб окончательно испортить всем настроение, как бы просто так, я рассказал притчу, как однажды, единственный раз за десять лет, меня подвел Ротакс.


16.05.10 г. 9 час 10 мин аэродром Змеево, прибытие.

Дело было в конце мая. Я не придал значения, что наша взлетная полоса заросла высокими всходами каких-то злаковых. А был самый разгар цветения и переноса злаковой пыльцы. В полете совершенно внезапно мой двигатель сбросил обороты до МГ и я вынужден приземлиться на подвернувшуюся грунтовую дорогу. А могла бы и не подвернуться… На земле выяснилось, что пыльца забила воздушный фильтр… Причем внешне это совершенно не заметно.

Никак более не комментируя сказанное, я уставился в точку. …Промывать фильтры отправились все.

Послепраздничная суета и неопределенность привели к тому, что 16-го мы никуда не вылетели и сбились с запланированного графика перелета. Предстояла ночевка на аэродроме. Вечером Исаков и наш бессменный механик Гнетов вызвали на бой зеленого змея. Поутру, осматривая место битвы, мы обнаружили утраченную Исаковым кольчугу и другие доспехи, из чего следовало, что змей, имевший преимущество своего поля, убедительно победил.

17 мая. 8 час.утра

Мы не можем никуда вылететь, так как наша заявка аннулирована. Да-с,господа! Никогда не нарушайте график перелета! Хоть чучелом, хоть волоком, но вылетайте в срок! Отныне мы – на вражеской территории.

Тут решил блеснуть своими познаниями Сергей Исаков. Дело в том, что он обучается на пилота-любителя в каком-то прибалтийском забугорье, и там набрался много чего чудного в области ИВС. Исаков решил пробить свой первый в жизни самостоятельный «флайт-план».
На вышку КДП я поплелся за ним не как командир авиагруппы, а как неодушевленное приложение. Дежурный РП весьма сочувственно отнесся к нашей проблеме и от души старался помочь. И еще нам помогала диспетчер Оля, девушка с красивыми выразительными глазами. Она успевала вести переговоры с бортами в зоне своей ответственности и одновременно заполняла бланк флайт-плана.

Пересказать увиденное и услышанное я не смогу, поскольку сразу впал в полную прострацию. Секунды пребывания на КДП казались мне минутами, а минуты – часами. Наконец, шатаясь и натыкаясь на углы, я вывалился на волю, где и был окончательно добит торжествующим Исаковым:
- Эх Кареткин, Кареткин! Вот учишь ты людей летать, а чему ты их учишь? Партизанству ты их учишь, а надо учить – как им законно летать!
Подошло время быть в дураках! Ну, поделом…

А из Волоколамска уже названивали. Больше всех беспокоился за нас…нет не Сторожихин, а генерал Москвителев и Александр Соколов (тоже бывший боевой офицер).Метео Твери давало пространный прогроз – повсюду грозы. Дозвонившись до начальника АСК МАИ Жени Кожевникова, мы  получили вовсе удручающее предупреждение:
— С юго-востока идет грозовой фронт. Шереметьево уже направляют свои борта в обход. Ожидаем грозу и град через два часа, но пока работаем… Два часа! Гроза наперерез нашему пути. Откладываем вылет до 15 часов по Москве. А в 15 часов 05 минут блестящий флайт-план Исакова был … аннулирован! Это потому, что мы не перезаявились за положенные 30 минут… Клянусь — в ту минуту за зеленым остеклением скворечни КДП я видел какие-то кривляющиеся тени, они корчили нам рожи и показывали языки…

Во второй раз идти на вышку я отказался. С Исаковым пошел Андрей Бабкин. Вернулись они минут через двадцать пять… Бабкин находился в возбужденно-возмущенном состоянии. От прежнего задора Исакова тоже не осталось следа. Но право вылета в 19 часов, они, вроде как, отвоевали.


17 мая погода испытывает наше терпение –
весь день льет проливной дождь
(Андрей Бабкин невозмутимо пьет кофе
на «острове» под крылом Е. Табакеева)

А тем временем погода подкидывала нам задачки одна за другой. Вокруг аэродрома угрожающе гремели громы и сверкали молнии. Не успеет одна грозовая туча отбомбиться и отстреляться молниями и небо на ее месте просветлеть, как мрачнеет в другой стороне и все начинается заново. Аэродром залило. Земляные черви, спасаясь, выползали на асфальт рулежки.

Хазановское «… а в деревне Гадюкино опять дожди» так и повисало во влажном воздухе Змеево. Да, все-таки есть смысл путешествовать на СЛА с наземным сопровождением. Вот сейчас бы погрузились на машины и…с песнями, да с пивом – в путь. Выбрались бы за границу дождя, отряхнулись бы по-собачьи и – снова в воздух. Это ж какое преимущество перед любыми другими летательными аппаратами. И еще, если вспомнить мудрую угрозу первой страницы Руководства по эксплуатации Ротакса (Ваш двигатель не сертифицирован, как авиационный и склонен к внезапным отказам, поэтому… и т.д.) то наземный эшелон – это очень и очень здраво. А если еще принять во внимание дикость средне-русской равнины…

…Дождь, обложной и с ветром, лил и лил! Лишь к вечеру, наконец, небо стало просветляться… 18 час 30 мин. Сворачиваем лагерь. Вещи – в машину. Топливо в баки — по заглушку. Запасные канистры – на заднее сидение. Перелет предстоит почти двухчасовой, вдруг напоремся на встречный ветер… Исаков отказывается от запасной канистры, говорит — топлива у него достаточно! (о, каким боком ему это выйдет …далее по тексту!).19 час 55 мин рулим на старт. Надо бы с ходу рвануть, но задерживается на две-три минуты — у Жени . Табакеева  опять какая-то заморочка. Неужели с GPS?! На исполнительном я стоял первым и первым услышал по громкой связи с КДП:
- СЛА! СЛА! Вам вылет запрещен!

Часть 2 (продолжение)


Этот Як-12 восстановил практически
«от рамы» тверской энтузиаст. В одиночку!
Давайте снимем перед этим человеком
летные фуражки с крабами!

Ребята потом удивлялись, как я через шум работающих двигателей это расслышал? А очень просто! Наушники моего «Демкома» растрескались и потеряли эластичность от старости, вот и слышу все чего не надо.

Сруливаем с полосы и глушим моторы. Исаков вновь отправляется на КДП. Вернувшись с КДП, он попросил отныне и навеки записать его в партизаны. Аминь! Законным путем отныне мы вылететь не могли. Недосказанно, намеками нам дали понять: вот закончится смена, на КДП повесят замок и тогда… Или завтра утром, до того, как …

Никаких обид на диспетчеров у нас не было. Мы понимали — таков уряд… Кроме того, в тот же час от Евгения Кожевникова поступила информация – в Алферьево гроза с градом.. Так что диспетчерам, даже, можно сказать спасибо!

Вечером к нам заехали тверские самодельщики. Посидели у костра, поговорили о насущном: полетах, двигателях, винтах, крыльях. Замечательные ребята! Среди них мы чувствовали себя как дома. С такими ребятами – нам везде дом!

И вторую ночь мы скоротали в штурманской аэроклуба под шум дождя и шорох веток по оконному стеклу.

18 мая 4часа 30 мин утра

А аэродромный «колдун», похоже, спать не ложился! На летном поле ветрено и зябко. Заканчиваем сборы. Как бы про себя, проходя мимо собирающегося к отлету Жени Табакеева, не сговариваясь бормочем:
— Как бы GPS не забыть… Как бы GPS не забыть…

5 час00 мПлотным кильватером выруливаем к полосе и сходу взлетаем. В затянутом развороте набираем высоту. До 300 метров приземная болтанка вытрясла остатки сна, зато выше стало спокойно и тепло. Кажется, ожидается боковой ветер по ЛЗП. И то хорошо!

Город спит, еще не догадываясь о нашем бегстве. Аккуратно обходим его с северо-востока. Мой GPS уверенно тычет в сторону Лотошино, но я какое-то время пытаюсь привязаться к ориентирам, используя карту. Не получается. С высоты 500 метров видимость не более 3 км, а карта 1: 800000. В конце концов, бросаю возню с картой.

GPS – занятная штуковина, все он знает – и куда лететь, и какая путевая скорость, и сколько времени до цели, вот только что делать, если это чудо электротехники погаснет? Огорчает еще одно обстоятельство – боковой ветер здорово подъедает путевую скорость. Приборная – 85 км/час; путевая скачет от 50 до 65 км/час. На трайке, как на велосипеде, куда бы ни летел – все против ветра!

Более часа в воздухе. Под задницу уползает однообразный равнинный пейзаж. Никакой пользы для души! У себя на площадке я бы за это время уже накувыркался вдоволь и был бы полон эмоций. От скуки пялюсь на циферблат GPS. Совершенно унизительное дело! Кроме того начинаю подозревать, что прибор замыслил неладное! Его стрелка поделилась на три части – носик стрелочки и ее хвостик сами по себе, а средняя часть отлезла вбок. Чтобы это значило? Успокаивает только то, что в окошечко «расстояние до цели» стабильно сбрасывает сотни метров. Все-таки я лечу к цели.

Тем временем белый «Аэрос» Исакова на пару с «Поиском» Табакеева постепенно отваливали все дальше и дальше вправо и уже почти растворились в дымке. С. Цветков и А. Бабкин держатся рядом со мной. Эх! Знали бы они, что творится в моей штурманской рубке…

Не было бы горя, да несчастье помогло

Вот и река Шоша. Ну и речка! Кто же так при сотворении нахалтурил? Взяли да бросили на землю синюю путаную ленточку. Хоть бы размотали.

1 час 25 мин в воздухе. Избыток свободного времени позволяет вдоволь пофантазировать о последствиях вынужденной посадки, тем более что подо мной поплыла какая-то дикая, непролазная чаща. Еще появилась тревога об остатке топлива. Дело в том, что у меня установлен таганрогский винт из первых серий еще с мягкой оковкой. Эта оковка – вся в зазубринах — лопасти не режут, а пилят воздух. Вообще-то этот винт я еще два года назад к потолку сарая привесил, но пришлось его опять «мобилизовать». Двигатель, вращая эдакую пилораму, перерасходует топливо.

1 час 45 мин в воздухе. Враждебная чаща позади. Ожидаю увидеть Лотошино. Но – шиш!  Цифирь в окошечке дойдя до значения «11км 600 м» вдруг остановилась и…пошла в рост! Получается, что я лечу мимо цели! Но стрелка! Она-то куда смотрит?! Отпускаю ручку и перестраиваю прибор на Алферьево. Если он не сработает, придется садиться и «брать языка». Но прибор срабатывает и дает команду довернуть вправо на 30 градусов, пообещав прибытие через7,5 км. Действительно, через несколько минут впереди по курсу показался аэродром. Полеты и прыжки еще не начались, и мы садимся с прямой. Время 7 час 03 мин.

В прозрачном 25-литровом баке трайка Цветкова плещется литров пять-шесть, не больше.(все-таки «Тайга» экономичнее Ротакса). Свинчиваю крышку своего «бурановского» бака – верхняя полка сухая. Это значит, что остаток менее трех литров.

Уж не знаю в чем была ошибка и почему GPS повел меня мимо Лотошино, почти по прямой на Алферьево,но именно. это спасло меня от полного «обсыхания» и вынужденной посадки. Спустя десять минут приземляются Исаков и Табакеев. Все в сборе.


18 мая 7 час 30 мин аэродром Алферьево
Наша группа вместе с Е. Кожевниковым
(Ага! Стыдно Исакову…)

Как думаете, кто подъехал к нам первым? Конечно, Евгений Кожевников – бессменный (и, дай ему Бог, чтоб вечный!) хозяин аэродрома Алферьево. Один из столпов отечественной аэроклубной авиации. Сфотографироваться с ним в одном ряду – это честь и мы не упускаем своего шанса.

Кожевников даже не пожурил нас за то, что мы «упали» на его поле эдаким экспромтом и без радиосвязи. О перипетиях нашего вылета из Твери он хорошо знал. Напротив, он даже чуть  иронично шутканул по этому поводу:
— Правильно! Так и должна летать малая авиация!

В заключении нам предстояло совершить сорокапятикилометровый бросок до Ново-Волкова (формально — до Ватулино). С учетом встречного ветра это примерно час полета. Но прогноз на первую половину дня грозил усилением юго-восточного ветра до 18 м/сек. Уже задувало 5-6 м/сек. Надо было, как говорят в подобных случаях, рвать когти.

Скинув запасенные канистры, заполняем баки – все, кроме С. Исакова. Помнится мне, что, улетая из Змеево, он отказался брать канистру. А ему предлагали!

Наша машина сопровождения под управлением Володи Гнетова гнала изо всех сил, но прямой автобан между Тверью и Волоколамском еще не проложен, поэтому мы теряли драгоценное время. Возникшее затруднение разрешил сам Евгений Кожевников — на своей машине, по личной инициативе он отправился за бензином. Я едва не провалился сквозь землю в тот момент. Ну, Исаков! Аэродром уже начинал оживать и как раз самое время его начальнику мотаться за бензином определенным раздолбаям!

Бензин пришлось ждать более получаса. Тем временем ветер у земли усиливался — парашютисты на своих «крыльях» заходили на цель почти вертикально. На кратком предполетном брифинге мы решили, что если путевая скорость на высоте200 метровпосле взлета окажется ниже 35 км/час, то возвращаемся и пережидаем до вечера.

Западня

Но после взлета путевая скорость оказалась за семьдесят! Вмиг прошли Волоколамск, проплыл внизу мемориал 28-панфиловцам.

Как все хорошо складывается! Лететь легко и приятно. Может так и долетим? Щас! Небесные черти (кстати, если вы сомневаетесь, что такие есть – это напрасно!) уже заманивали нас в ловушку. После 20 минут полета легкие воздушные неровности сменились колдобинами. А вслед за колдобинами мы «выехали» на… минное поле. Наша эскадрилья рассыпалась — каждый искал себе «укрытие» исходя из собственного понимания закономерностей формирования турбулентных зон.

Исаков резко увеличил скорость и пошел на прорыв в одиночку, постепенно превращаясь в точку на белесом горизонте. Табакеев, наоборот, сбавил ход и занял позицию ниже и справа. Цветков, как ведомый в бою, был как всегда рядом. А вот куда делся Андрюха Бабкин? Еще пять минут назад я наблюдал его чуть позади и слева.

В районе большой запруды встаю в вираж. Цветков – тоже. Белого трайка Бабкина в воздухе нет. Пройдя в обратном направлении пару километров, ищу его на земле и тоже не нахожу. Скоро понимаю бесполезность такого поиска. Возвращаемся на прежний курс.

Триумфального финиша не будет – эскадрилья потеряла боевой порядок – один вперед ломанулся, другой где-то позади пропал, и это за15 кмдо финиша! Позор!

В воздухе совсем не комфортно. На водной поверхности, даже с высоты, отчетливо видны пенные буруны; листва деревьев вывернулась нижней, светлой стороной, макушки свернулись набок. Только остроконечные ели сохраняли достойный невозмутимый вид, да и то, если приглядеться – качались и они. Невидимые небесные черти бесновались на полную катушку.

Пробиваться вперед становилось все труднее, но запаса управляемости еще хватало. А вот на душе было тяжко. Наконец показалось Озернинское водохранилище. Оно завешено плотным туманным маревом, какое бывает на гребне шквала, когда масса воздуха как бы спрессовывается и теряет прозрачность. До цели осталось всего несколько километров. Развеселые оказались эти километры. Я мысленно благодарил Сашу Русака за прочный и замечательно управляемый «Атом» и проклинал себя, что с начала года так и не собрался подтянуть привязной ремень, из-за чего пару раз воспарил над сиденьем. Неприятно!

Плотно, парой с Цветковым подбираемся к посадочной площадке. Исаковский «Аэрос» уже там. И цел! Захожу на полосу. Напоследок получаю от чертей копытом в приземном сдвиге, но благополучно зацепляюсь колесами у дальнего конца полосы.

Вслед за мной заходит Цветков. Ярко-синяя плоскость его «Атома» в крутом пикировании, как ножом прорезает приземный слой, и вот его трайк катит по земле. Успеваю отметить, как замечательно работает у него амортизация. Рогатые попытались отыгрались на Жене Табакееве. Его лёгкий трайк под 18-метровым «Небо-18» буквально скрутило в последний момент перед приземлением мощным порывом ветра. Но Женя удержал его, исполнив невообразимый припляс с колеса на колесо. Снимаю шляпу перед нашим ветераном!

Первое, что я услышал, выключив двигатель, – звонок мобильника. Звонил Василий Иванович Лопатин (вот кто ночи не спал из-за нас!)
— Все долетели?
— Василий Иванович, четыре борта на КПМ, но Бабкин потерялся. Сейчас будем думать, как его искать.
— Бабкин мне отзвонил, он сел у деревни Шитьково. Сейчас с вами свяжется.

Прежде чем отправится за Бабкиным, надо оберечь крылья от жестокого ветра. Поочередно помогаем друг другу в демонтаже. Под сильным порывом едва не упустили «Атом» Цветкова. Но изловчились – прижали к земле. Наконец опасность позади, и я ехидно интересуюсь у Исакова, какого черта он драпанул, оставив  друзей посреди шторма?
Я побоялся, что не справлюсь с болтанкой, руки стали уставать!

Интересный звездолет этот «Аэрос» с крылом «Профи»! До Исакова на нем летал другой владелец, кстати, мастер спорта по биатлону, и тоже жаловался на усталость в болтанку. Теперь у КМС по плаванию Исакова тоже в болтанку руки отсыхают. Почему же у нас с Цветковым и у Табакеева даже истомы в мышцах нет? Может чего-где у «Профи» подкрутить надо?

Экспедиция за А. Бабкиным


Погрузка трайка А.Бабкина в машину у дер. Шитьково

По карте по прямой до Шитьково не более 15 км, но по дрогам не менее пятьдесяти. Отправились на одной машине ВАЗ-2104. Нашли быстро. Бабкин расчетливо подсел у характерного перекрестка дорог, на открытой местности. C некоторой досадой, но и с юмором он поведал о своих переживаниях в воздухе, предшествовавших решению на вынужденную посадку и про саму посадку – а посадка была «веселая»- черти до последнего не отпускали трайк…Суть такова – оценив обстановку в воздухе и, исходя из своего опыта, он решил прекратить полет. Все закончилось благополучно. А вот с погрузкой трайка вышло затруднение: высокий обтекатель «Тугарина» едва поместился в багажнике, коего дверца высоко задралась. Поэтому крыло на багажник не легло.

Пришлось вызывать Женю Табакеева с «Нивой». Конечно, если на такой случай предусмотреть специальное приспособление, второй автомобиль не потребовался бы. Если бы, да кабы… Кто знал, что такое произойдет!

PS. Поздним вечером под шум не прекращающегося ветра мы возобновили традиционные кофейные посиделки под навесом, прерванные трехдневным перелетом. По очереди и все вместе мы ворчали, ерничали и божились, что отныне никому и никогда не удастся втянуть нас в подобную авантюру. В общем, рассуждали здраво, мудро.

И вдруг меж всплесками шального ветра откуда-то прозвучало:
-А не слетать ли нам…( ? )
Нет, послышалось… Это, конечно, он — вечный бродяга-ветер подшутил над нами!
А, впрочем?…

19 мая 2010 г 22 час 30 мин ПП «Парус» Рузский р-н

Техника участников перелета:

Трайк/ год. Крыло/нараб. Двигатель/нараб. Возд. винт/нараб.
Кареткин А. «Гидраэр-06В»/1994 «Атом»/ 280ч «R-503»/ 200 ч Таганрог
Бабкин А. «Тугарин»/2007 «Марлин»/30 «Тайга»/170 «Лугапроп»/170
Исаков С. «Аэрос»/2005 «Профи»/300 «R-582»/100 «Аэролюкс», Киев
Цветков С. «Навигатор-2»/2009 «Атом»/ 100 ч «Тайга»/ 200 ч «Лугапроп»/80
Табакеев Е. «Поиск-06»/2003 «Небо-18»/80 «R-503»/80 «Лугапроп»/80

Отказов, неисправностей техники за время перелета не было.

Закладка постоянная ссылка.

Добавить комментарий